Яблоки никогда не будут падать вверх

В рыночной экономике не может быть прямых назначаемых решений, ей нужна системная конкурентная инновационная среда

 

Председатель Комитета Государственной Думы по экономической политике и предпринимательству Евгений Фёдоров рассказал «Парламентской газете» о законо­творческих планах на осеннюю сессию, а также о перспективах развития новой экономики в стране.

– То, что сессия предвыборная, отнюдь не ослабляет необходимости активной законотворческой работы. Наоборот, она будет усиливаться. Нам надо завершить формирование антимонопольного законодательства. Первый пакет был принят в 2006 году. Два года назад мы приняли второй и в эту сессию – третий, пока только в первом чтении. До выборов, естественно, мы обязаны закончить работу. Тем самым мы завершим формирование антимонопольного законодательства в России.

Основными целями последнего законопроекта являются развитие конкуренции на товарных рынках, совершенствование принципов контроля за деятельностью монополий и минимизация правовых рисков бизнеса. Кроме того, вносятся изменения в КоАП, позволяющие эффективно применять административную ответственность за нарушение антимонопольного законодательства.

– Можно ли ожидать серьёзного снижения цен в связи с окончательным формированием антимонопольного законодательства?

– Оно регулирует отношения в плане конкурентного ценообразования среди уже действующих компаний и хозяйствующих субъектов. Если говорить условно, антимонопольное законодательство – это хлыст, который регулирует отношения в бизнес-среде и помогает снижать цены. Но для того чтобы они были низкими, необходимо большое количество действующих компаний и мощная конкурентная среда.

 

Малый бизнес должен прийти в промышленность, частично заменить моногигантов индустрии, заводы, где работают до 100 тысяч человек. Тогда появятся тысячи высокотехнологичных предприятий малого бизнеса, заводы трансформируются в предприятия коротких циклов. Так происходит во всём мире.


Кроме того, должны быть отработаны институты собственности, особенно в сельском хозяйстве. Огромное количество земли у нас вообще находится вне экономического оборота. А значит, она не работает на рынке. Ещё одна большая проблема с ценообразованием связана с типом нашей экономики – сырьевой, а не инновационной. Соответственно, экономика не принимает высокие технологии. Именно поэтому на днях принят в первом чтении ещё один законопроект, создающий благоприятные финансовые условия для развития инновационного центра «Сколково». Во втором и третьем чтении документ должен быть принят в осеннюю сессию. Это один из элементов длинного пути по формированию инновационной экономики, в которой будут поддер­живаться высокие технологии, производительность труда. И следовательно, через этот механизм произойдёт снижение цен.

– Какие ещё проекты находятся в законодательном портфеле комитета?

– Ко второму чтению готовим поправки в законодательство о туристической деятельности, в которых повышается защищённость прав туриста, его безопасность как в России, так и за рубежом. Предлагаются механизмы государственного контроля за деятельностью отрасли. Кроме того, мы должны поддержать во втором чтении создание туристических кластеров и туристической инфраструктуры на Кавказе. Также рассмотрим законопроект о поддержке судостроения. Это знаковый правовой акт. Впервые выходим на поддержку не отдельных элементов экономики, а целой отрасли. Мы создаём условия для инвесторов за счёт более выгодных экономических механизмов по сравнению с другими отраслями, с тем чтобы инвесторы в первую очередь развивали и поднимали данную отрасль. Таким образом, судостроение будет как паровоз, который потащит за собой другие экономические сферы. Возможно, в эту сессию мы будем уточнять и закон о торговле. Правительство готовит свои поправки, уточняющие нормы по взаимоотношениям поставщиков. Но никаких радикальных изменений там не предвидится.

– Депутаты фракции СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ неоднократно предлагали Государственной Думе принять закон, запрещающий рост цен на услуги естественных монополий выше уровня инфляции. Как вы относитесь к этой идее?

– Считаю, что этого недостаточно. Наша позиция состоит в том, что снижение цен должно быть на все виды товаров и услуг в России. Для этого нужно создать системную конкурентную инновационную среду в экономике. Приказать ценам – это все равно, что приказать Солнцу не отправлять протуберанцы в сторону Земли. Это вопрос не дискуссии, а здравого смысла. Ценообразование относится к стихийной компоненте рынка, но оно управляется через антимонопольное законодательство, через поддержку конкурентной среды, бизнеса, инвестиционной компоненты, фактически через изменение всей экономической среды, которая нас окружает. Надо понимать, что есть вещи, которые неподвластны законам. Можно принять пять законов, чтобы яблоки падали вверх, а не вниз, но они не выполнят нашей команды. Так и здесь. В рыночной экономике нет прямых назначаемых решений. А оппозиции, прежде чем критиковать, нужно засесть за учебники и почитать, как действует рыночная экономика.

– Поможет ли формированию новой экономической среды принятый в прошлую сессию закон об инновационной политике?

– Он даёт нам понятийный аппарат и позволяет начать системную работу по созданию инновационной экономики. Недаром этот закон многие называют теоретическим. Это первый посыл, на базе которого будут изменены сотни законов. В прошлом году наш комитет по поручению Государственной Думы определил, что всего надо менять около 113 действующих законов и принимать десяток новых. В развитых странах стандартная инновационная экономика предполагает мощное развитие научного бизнеса. У нас инновационный центр «Сколково» является зародышем этого вида бизнеса. Пока в стране только начинает зарождаться рынок технологий, постиндустриальная промышленность на базе капитализированных технологий. Мы в самом начале курса, которым придётся пройти через изменение множества законов, формирование бизнеса нового типа, переучивание бизнеса и рынка труда. Монопредприятия будут уходить, появятся малые предприятия, научные центры. Это гигантская трансформация всей страны, и, конечно, она потребует времени и последовательности действий. Мы же не хотим шока? Значит, нужны последовательные действия. Этот путь многие развитые страны проходили за шесть – семь лет. Прикладная наука России, по нашим расчётам, условно говоря, на момент реализации «Стратегии-2020», будет зарабатывать около 15 триллионов рублей путём продажи своей продукции.

– В поддержку малого бизнеса будут приниматься какие-то меры?

– В эту и прошлую сессию принято много решений. В апреле 2010 года вступила в действие правовая норма, предусматривающая проведение государственных и муниципальных проверок всех хозяйствующих субъектов исключительно с санкции органов прокуратуры. В то же время вступили в силу изменения в Уголовный кодекс, предусматривающие смягчение уголовного наказания за совершение ряда экономических преступлений. В октябре 2010 года вступил в силу закон, которым предусматривается установление сниженного предельного размера обеспечения заявки на участие в торгах для субъектов малого предпринимательства. В октябре минувшего года внесены изменения в Закон 212-ФЗ, предусматривающие снижение тарифов страховых взносов в Пенсионный фонд с 20 до 14 процентов и освобождение от взносов в фонды социального и медицинского страхования для организаций, осуществляющих инновационные разработки в области информационных технологий. С 1 января 2011 года отменён обязательный аудит для субъектов малого и среднего бизнеса, созданных в форме обществ с ограниченной ответственностью. В феврале этого года в Государственную Думу внесён законопроект, направленный на совершенствование упрощённой системы налогообложения индивидуальных предпринимателей.

То есть мы постоянно снимаем давление на малый бизнес. Но сегодня гораздо важнее даже не это. Малому бизнесу нужно дать поле деятельности, расширить ниши его работы. Если у вас в городе производят миллион пирожков, то вы хоть на руках носите малый бизнес, купят только этот миллион, и денег заплатят только за него. Прежде всего малый бизнес должен прийти в промышленность, частично заменить моногигантов индустрии, заводы, где работают до 100 тысяч человек. Тогда появятся тысячи высокотехнологичных предприятий малого бизнеса, заводы трансформируются в предприятия коротких циклов. Так происходит во всём мире. Китай завалил весь мир продукцией малого бизнеса. А у нас в промышленности его вообще почти нет! Это вопрос новой структуры экономики, которая и будет постепенно формироваться в течение ближайших шести – семи лет.

– Наверное, нужно сделать и кредиты более доступными для малого биз­неса?

– Кредиты надо делать доступнее для всех. А для этого небходимо снизить риски в экономике, подняв статус собственности. Рыночная экономика «кушает» собственность, а выдаёт продукцию. А когда статус собственности недостаточно развёрнут во всех отношениях, то, естественно, и кредиты дорогие. Кроме того, надо решить проблему мирового геополитического порядка. Формировать свою систему рейтингов и не смотреть на Нью-Йорк, по какой ставке там нам разрешают кредитовать наш малый бизнес. В США формируются рейтинги, и через механизм рейтингов идёт механизм взаимоотношений с потребителями кредитов. То есть это системная вещь. И если она у нас не работает, просто сделать для кого-то благоприятные условия по кредитам не получится. Либо это всё просто придётся дотировать из бюджета, что, кстати, и происходит. Но этого явно недостаточно, надо менять всю систему. А это вопрос времени.

В постановлении Государственной Думы мы прописали конкретный план действий по изменению законодательст­ва. Как создавать инновационную экономику, нам понятно. Но мы упираемся в другой вопрос: такого рода преобразования может сделать только высокая концентрация власти и силы нации.

Парламенская газета №36(2520) от 16.09.2011